Роальд мирно спал на заднем сиденье. Аня уверенно, весело мурлыкая о звенящем на дороге колокольчике, вела «ауди» к Москве. И вдруг из-за поворота выехал огромный «КамАЗ»… До чего же он бесконечный… Аня в ужасе смотрела на него, не в силах понять, что нужно сделать. А потом поняла, наконец, и заорала. Они вот-вот врежутся в борт этого тяжеловоза, размажутся об него, и от них даже ничего не найдут… Ни клочка! До гибели осталось всего ничего — секунд шесть или семь…

От ее истошного крика Алик проснулся и мгновенно оценил ситуацию. Он не напрасно окончил психфак МГУ и считался одним из наиболее подающих надежды психологов. Роальд моментально перекинулся через спинку сиденья и врубил тормоз. Машина остановилась в полуметре от страшного бока невозмутимого «КамАЗа», хладнокровно ползущего по шоссе со скоростью гусеницы и, кажется, ничего даже не заметившего. Мало ли козявок на дорогах…

— Все! — констатировал Алик. — Наездилась! Больше к рулю не подпущу!

— Я и сама больше ни за что не сяду! — огрызнулась Аня и заревела.

Какое это было счастье — плакать, уткнувшись Роальду в плечо…

* * *

— «Земля в иллюминаторе…» — промурлыкал он свое любимое.

Завелся…

— «Земля в иллюминаторе…» — и взглянул хитро на Аню, а затем в этот самый песенный иллюминатор.

Земля плавала далеко внизу в облаках, отсюда совсем не похожих на облака земные.

— Чтобы понять Землю, нужно стоять на ней, а не смотреть на нее сверху, — задумчиво произнес капитан корабля. — Верно я мыслю, доктор?

— В правильном направлении, сударь, — отозвалась Аня.

— Ну конечно, — хмыкнул командир. — И самый важный этап — «этап прикосновения к Земле». Всегда и у всех. У нас он еще очень не скоро. Будем готовиться и ждать.

Они летели уже не первые сутки, но полет планировался долгим, предстояло много дел, заданий и раздумий.

— Размышления еще впереди! — часто повторял командир. — Пока идут наблюдения.

Почему ей постоянно снится именно этот странный сон?.. Ну почему?!

— Зачем женщине космос? — смеялась мать, выслушивая Анькины рассказы о надоедливом сне. — И вообще женщине в небесах не место…

— А где ей место, бедной? — однажды обиделась Аня.