Они подъехали к ее дому. Внезапно из подъезда выскочил голый до пояса немолодой мужчина в тренировочных штанах со сковородкой в руке и бросился, угрожающе потрясая кухонным оружием, к стоящим возле подъезда на тротуаре девчушкам лет шестнадцати. Мужчина что-то устрашающе вопил на манер индейских вождей. Девчушки испуганно шарахнулись в арку дома и убежали.

— Что это за война со сковородками? — изумился Роальд. — Первый раз в жизни вижу такое…

— Допекли, — грустно объяснила Аня. — Довели дядю Митю до состояния аффекта. Вот, уже со сковородой воевать вышел!

— Кто довел?

— Любовь и «Иванушки»! Роальд повернулся к ней:

— Доктор, у вас явно отсутствует педагогический талант! Вы не в силах дать четкого и разумного толкования самым обычным вещам.

Аня пожала плечами:

— Все очень просто… Эти девочки — фанатки, влюбленные в группу «Иванушки Интернешнл». А в нашем подъезде на седьмом этаже снимает квартиру Андрюша Аполлонов-Григорьев. Знаешь, рыженький такой? Вот девчонки и повадились ходить к нам во двор. Прямо живут здесь на скамейках. Приходят с бутербродами, с бутылками с водой и ждут, когда пройдет их кумир. Дежурят сутками. Измалевали его именем все стены и дома, и подъезда. Ночами распевают песни «Иванушек». Орут: «Рыжий, выйди! Рыжий, выйди!» Спать невозможно… Как мы их только не урезонивали! Андрей сам просил их уйти и не мешать людям. Катал их на машине, угощал вином и сладостями и умолял оставить в покое его и жильцов. Но не на тех напал! Им, видимо, совершенно нечего делать, кроме как поклоняться своему рыжему идолу. И родители их тоже, судя по всему, не ждут и о судьбе дочерей не беспокоятся. У нас даже в автобусах все спинки сидений исчерканы фамилиями «Иванушек».

— И много этих поклонниц? — заинтересовался хохочущий Роальд.

— Тебе смешно? Пожил бы ты у нас в доме… Иногда собирается семь, иногда десять. Бывает и побольше. Смотри… — Аня кивнула на арку.