Оказалось — и дороги, и святы… Но не настолько, чтобы ради них жертвовать чем-то, например своим великим будущим. Даже смешно сравнивать Можно кое-как, с трудом совмещать.

— Ты меня упрекаешь в ненависти, — невозмутимо произнес Юрий. — А сам?

— Я не ненавижу… Нет… Просто не люблю. Кое-кого и кое-что. И смеюсь над этими славянофилами.

блин… Баркашов и другие — у них у самих семитские черты. И вообще у нашей страны слишком большая территория. В этом проблема. Была бы поменьше — все стало бы куда проще… А моя любимая религия — буддизм. Сел бы под дерево — так бы и сидел целыми днями да медитировал… Уехал бы куда-нибудь на остров… Здесь все козлы — и в этом суть. Одна нерва…

— Вот и езжай себе. Подальше от козлов, — ехидно посоветовал Юрий. — А ты, между прочим, и так целый день словно сидишь под деревом. Не заметил?

— Россия — страна рабов и пьяного быдла! — не на шутку разошелся выпивший Игорь.

Аня лишь сейчас сообразила, что он прилично набрался еще до того, как прийти к ней.

Скудин в последнее время пил все больше, пытаясь сбросить давящие лямки воспоминаний, стать легким и пустым, лишенным всяких забот и печалей. Водка запросто, несколькими рюмками выметала любые тяжести и отбрасывала горечь. И обладала великим умением подсластить любую горькую пилюлю науки, раскрасить мрачный пейзаж невезухи яркими красками и смягчить кажущиеся поначалу смертельными удары судьбы. Казалось, это самый удобный выход из любого безвыходного положения.

Опуститься всегда легче, чем подняться. Не нужно никуда тянуться, чего-то добиваться, к чему-то стремиться…

— Е-мое, я просто не хочу быть рабом, и потому против этой системы! — истошно завопил Игорь. — Да если бы не такие, как я, — а таких, как я, не так Уж мало! — здесь все давно бы стали рабами и сидели в тюрьмах!

— Ну ладно, великий диссидент и спаситель России, — сдержанно подвел черту Юрий, — по-моему, ты чересчур много на себя берешь. Что ты такого совершил? А трепаться может каждый. Фишка в том, что ты неадекватно себя оцениваешь и вдобавок все время на меня орешь. Я же не кричу на тебя. Разницу улавливаешь?

— А у меня вообще больше эмоций, чем у тебя, блин! Давно понял! — с упреком отозвался Игорь.