Но семья лучше, если без интеллигентских вывертов, без претензий и требований, без всяких псевдоумных бесед… Да и зачем с женой дискутировать об искусстве и политике? Для этого есть друзья. У жены совсем другие цели и задачи.

Юрий даже не подозревал, насколько они с Анютой подходили друг другу. Оба точно и четко вычислили свое будущее и определили своих избранников. А брак по расчету — самый прочный и выносливый. Что бы там ни говорили о большой, чистой и верной любви.

И жизнь сначала с удовольствием подтвердила правильность проектов Воробья. Но только сначала…

15

Неожиданно на пороге окончания школы Игорь объявил матери, что будет поступать только на исторический факультет МГУ. Его манит история — и ничего больше! , Надежда Нахаловна тотчас переполошилась.

— Гарик, какой истфак?! Ты туда ни за что не поступишь! У тебя с гуманитарными предметами полный швах! По русскому еле-еле тройку натянули! Ты же хорошо знаешь математику и физику! Учитель математики о тебе всегда с похвалой отзывался… Вот и поступай к нам! И если бы ты сообразил сказать мне об этом поганом истфаке раньше! Я могла бы устроить какой-нибудь блат и учителей оттуда взяла бы заранее! А теперь поздно!

Но Игорь упорно стоял на своем: истфак — и никуда больше! И улыбался. Очевидно, он родился на свет с этой несмываемой, не пропадающей ни при каких обстоятельствах усмешкой.

В школе ему, человеку легкомысленному и шагающему по жизни, ей улыбаясь (это принцип такой: я — ей, она — мне!), все случавшееся казалось пустяками, мелочовкой, ерундой. Но дело явно принимало плохой оборот.

Он потерял друга и любовь. Одним махом. Семью он потерял еще раньше. Хотя мать и баба Анюта оставались ему преданными и любящими, Игорь остро ощущал свои ущербность и одиночество.