Друзья не до конца осознавали, что все закономерно. Дом, семья, женщина становятся, вольно или невольно, поперек вроде бы верных и добрых отношений. Семейный быт заедает совместные посиделки и выпивки, прогулки по всяким там паркам культуры, с большим удовольствием закушивает всем этим, захлестывает и тянет за собой… И приходится выбирать — либо семья, либо приятели. Вместе они никак не уживаются. Жены ревнуют, друзья усмехаются… И крепкие, на первый взгляд такие прочные веревочки изнашиваются, быстро перетираются, тлеют на глазах… То, что казалось незыблемым, становится призрачным и смешным. То, что представлялось неизменным, истаивает в дымном городском бензинном воздухе, перемешанном с запахами чебуреков и шаурмы. То, во что верилось и надеялось, превращается в блеф… И всему виной она, одна она, — женщина, решившая строить и упрямо создавшая на пустом месте семью, дом, свой собственный уголок и очажок… И никто никогда не представляет истинной стоимости своего нового обустройства. Нравственная цена вопроса… Она довольно высока.

«Ну да, — думал Игорь, — я совершил массу глупостей и еще совершу столько же, как всякий нормальный человек. Но почему я за это должен так больно расплачиваться?.. А ведь должен… Тоже как всякий нормальный человек. Иначе не получится. Ни у кого и никогда».

И вообще тот, кто мечтает лишь побеждать, сначала должен научиться проигрывать. А теряя одно, мы часто находим что-то другое… Что?.. И как бы отыскать это поскорее…

Игорь был нетерпелив, как все честолюбцы. И учиться терпению не хотел.

Только вот если его дружба с Юрием так легко распадается… Можно ли их отношения назвать дружбой? Была ли она, или им показалось? А может, они принимали за дружбу примитивные встречи от нечего делать? Хотя женщина на пути — преграда серьезная… Да и так ли уж дороги все эти иллюзии и грезы юности — Анюта, Воробей, школа?.. Так ли уж святы они сами по себе и воспоминания о них?..

Игорь часто теперь задавался этими вопросами.