Аня хихикнула.

— А еще недавно я видел в метро необычного человека. То ли еврей, то ли цыган. В замызганном подпоясанном пальто. Вроде не бомж, но и не совсем цивил. Черные кудри и здоровенный горбатый нос. В сумке какие-то книги типа молитвенников, но я не успел заметить, православные или какие-нибудь другие. И что самое интересное — этот странник прямо в метро лопал суп «Доширак». Поставил пластиковую коробку на окно в хвосте вагона, где сидел. Чем развел суп — загадка. Ведь нужен кипяток. Народ балдел от изумления… Термос с собой носит и разводит супец? А скажи мне, Нюся, только честно, Игорек к тебе до сих пор таскается?

Аня смутилась от неожиданности лобового вопроса.

— А ты не знаешь? Ни за что не поверю, что он с тобой не делился! Игорь обожает хвастаться. И вообще трепло!

— Я, кажется, тебя сейчас спрашиваю! — резко ответил Юрий. — И незачем выяснять, что мне известно, а что нет! Хочу проверить твою честность. А ты сразу увиливаешь. Ты врушка!

— Ну и что? — окрысилась Аня. — И вообще я тебе не врала! Просто ушла от ответа, который ты, кстати, замечательно знаешь. А это не одно и то же. Тебя что, так волнует судьба твоего друга?

— Хороший вопрос! Тоже проверяешь мою искренность? — хмыкнул Юрий. — Логично… Так вот… Не волнует. Нисколько! Вариант ответа устраивает?

Аня вновь растерялась:

— Как так? Вы же такие друганы! Прямо неразлейки! Значит, это все пыль в глаза, лицемерие? Тартюфики? Как мило!.. Вот никогда бы не подумала… Да и никто не подозревает о вашей лживости. Вы оба очень ловко всех облапошили. Прямо-таки талантливо, надо признать!

— Ты ничего не понимаешь! — нагло заявил Юрий. — Фишка в том, что никакая мужская дружба не выдерживает испытания женщиной. Тут требуется особая прочность, которой нам-то и недостает.

Аня призадумалась. Синх бросился к ней в ноги, сурово, недоверчиво покосился на ее спутника и вновь помчался разбрасывать рваные" листья в разные стороны.

— А вот скажи, зачем тебе Игорь? Дурью маешься? — продолжал жестокий допрос дотошный Юрий.

— У женщины всегда должна быть тень! — сообщила Аня. — Так уверял Лев Толстой. Ты, конечно, читал страшилку о жизни моей влюбленной тезки? Так что в курсе всех подробностей.